Почти котоламповый радикулит. Фельдшер — о реакции людей и котиков на уколы

Может, есть смысл его на кухню спровадить? — Это кто тут у вас?

Он совершенно не обращал внимания на происходящее, время от времени обмахивая себя хвостом, то ли отгоняя назойливую муху, то ли просто для антуража. Рядом с подушкой вальяжно развалился неплохих размеров котяра.

Он спокойный. — Не бойтесь. — Он только резких звуков не любит. — Мужчина кряхтя переваливался с одного бока на другой, подчиняясь просьбе фельдшера. То ли в детстве напугали, то ли с рождения такой.

Но лучше животных на кухню убирать, когда скорую вызываете. — Ну пусть лежит, раз спокойный. — Сейчас уколю, но предупреждаю сразу — это просто обезболивание. Мало ли, мешать будут, — фельдшер деловито наполнял шприц обезболивающим. Поэтому завтра в поликлинику, к неврологу. От радикулита одним уколом не отделаться.

— С детства уколов боюсь. — Да понял я, понял, — мужчина кое-как сел и, отвернув голову от фельдшера, протянул руку. А тут ещё в вену хотите. Как шприц увижу, чуть сознание не теряю.

С детства пуганые или от рождения такие? — Как кот? — фельдшер ободряюще усмехнулся.

Не помню. — Не знаю. И сейчас бы отказался, да скрутило вообще не по-детски. Но боюсь.

— В вену и не так больно, и эффект лучше. — Да ладно, — фельдшер ловко наложил жгут. — Он посмотрел на локтевой сгиб и поморщился: — А есть света побольше?

Энергосберегающие лампочки потолочного светильника создавали интим, но совершенно не годились для медицинских манипуляций.

Возьмите. — Вон, — мужчина кивнул на письменный стол, — лампа настольная. Сюда поставьте, а розетка рядом с котом.

— Лампа была старая, с металлическим круглым абажуром, в центре которого торчала лампа накаливания ватт на сто. — Раритет, однако. Не перегорела ещё? — Сейчас вроде таких ламп и не выпускают.

Экономлю. — Из старых запасов ещё. Только когда пишу использую.

Фельдшер включил лампу в розетку, поставил на табурет рядом с диваном, где сидел мужик, и посмотрел на больного.

— Кулаком поработайте.

Мужчина, отвернувшись от фельдшера, начал быстро сжимать и разжимать кулак.

Держим! — Зажали! Мужчина автоматически одёрнул руку и с него градом покатил пот. — фельдшер протёр спиртовой салфеткой место будущей инъекции. Вам плохо? — Э-эй!

Я сейчас точно в обморок упаду от страха. — Не, доктор. Давайте по старинке. Давайте не будем в вену.

— Ложитесь. — Ну… Хозяин — барин, — фельдшер грустно посмотрел на шприц. Сделаем в мышцу.

Изо дня в день, катаясь по всяким пустякам, кормя старушек таблетками и вытирая сопли детям вместо участкового терапевта, фельдшер никогда не упускал возможности сделать инъекцию внутривенно, чтобы не потерять навыков.

Мужик, кряхтя, начал обратный переход от положения "сидя" в положение "лицом вниз".

***

Он всё-таки заорал, когда игла вошла в напряжённую от страха ягодичную мышцу.

Подскочивший от внезапного крика кот тоже заорал, приземляясь на натянутый провод, соединяющий настольную лампу с розеткой.

Теперь они с котом орали вдвоём. Мужик опять заорал. Кот от страха, а мужик от боли, поскольку, опрокидываясь, горячая лампочка аккуратно прислонилась к его заднице и замерла в ожидании развязки событий.

***

— Ладно. — Вот, говорил, надо было в вену, — фельдшер уже убрал лампу обратно на письменный стол, осмотрел причинённый ею небольшой круглый ожог на ягодице мужика и даже успокоил кота, разрешив тому потереться возле пахнущего корвалолом ящика с лекарствами. Спина прошла? До свадьбы заживёт, ничего страшного. Ну и славно, ну и славно…