Обманчивая внешность. Фельдшер — о сумасшедших

Ну, не дают форму, да и Бог с ней. Новый водитель был юн и неприхотлив. Да и какое лето! Не зима чай, лето на дворе. Водитель сочувственно смотрел на выходившую из дверей психиатрическую бригаду, закованную в водо и воздухонепроницаемые синие рубашки и такого же цвета брюки, гордо именуемые их главврачом летней формой. Асфальт плавится! Один раз водитель даже видел, как заведующий их подстанции в пылу рвения требовал, чтобы фельдшер снял надетую под форму тельняшку, утверждая, что это грубое нарушение дисциплины, поскольку голубая полоска тельника выглядывает из-под рубахи И носить эту форму полагалось в полном комплекте.

Он не любил шестёрок и стукачей. — Скоро трусы будет проверять на предмет соответствия… — водитель невольно сплюнул.

Шеф! — Эй! — психиатрическая бригада в полном составе с завистью смотрела на своего водителя, одетого в выцветшую, вытянутую майку с надписью "Волейбол", тренировочные штаны и смятые жизнью белые тапки на босу ногу. Ты никак на пляж собрался? Начальство беспощадно. — Гляди! За нарушение внешнего вида и взгреть могут.

Вам выдали форму, вы в ней и парьтесь, — водитель весело перешёл в словесную контратаку. — Это ваше вас взгреть может. Хожу, в чём хочу. — А моё начальство мне форму не выдавало.

Молодой. — Эхх. — улыбчивый врач психиатр уселся на раскалённую седушку "Газели". Горячий! Год, кажется? — Сколько ты у нас на подстанции? За какие заслуги? А тебя уже на гвардейскую психбригаду определили.

— Ваш в отпуске, я подменяю. — Да нет, — водитель, услышав адрес, шустро выехал со двора подстанции.

— Эй, молодёжь! — Понятно, понятно… — врач полуобернулся и открыл окошко, отделяющее кабину от салона. Значит, ты пока резервный, — врач вернулся к теме разговора. Учую запах табака в салоне, лично рапорт напишу заведующему. Бригада у нас специализированная. — Тогда запоминай. Только так. Всё делается только с моего разрешения. Едем. Дали адрес. Не дай Бог, что лишнего сказать. Приехали, из машины не выходить без команды. Или при родственниках больного. Самому больному, или при больном. Руками никого не трогать. Они иногда хуже, чем сам больной. как это раньше говорили… "наших бьют" — не вмешивайся, если я тебе не скажу. Даже, если кажется, что... Понял? Не фельдшера скажут, — врач указал на окошко, — а я. Твоё главное дело — рулить.

— Да понял, понял, — водитель с интересом выслушал вводные и прибавил газу.

Сейчас приедем на адрес. — Ну и славно. До больницы ехать далеко, она за городом. Возьмём больного и повезём в больницу. К обеду, надеюсь, вернёмся. Там больного сдадим и поедем обратно. Уж очень сегодня жарко.

Наконец, "Газель" остановилась у глухих, похожих на тюремные, ворота. До больницы, и правда, добирались долго. Ворота медленно открылись, "Газель" въехала на территорию больницы и остановилась у дверей приёмного отделения.

Из машины ни ногой. — Сиди здесь. Все трое, исстрадавшись долгой поездкой, торопливо курили. Мы быстро, — пожилой врач ещё пару минут что-то заполнял в своих бумагах, а потом вылез из кабины на улицу, где уже стояли сам больной и оба фельдшера. Он спокойно стоял, почти по-дружески разговаривая со своими провожатыми на отвлечённые темы, жаловался на жаркое лето и ничем не походил на тех киношных психов, которых водитель привык видеть в сериалах. На удивление водителя больной не был спелёнут в смирительную рубашку.

А ты думал, в железо закованных возим? — Что? — врач перехватил взгляд водителя. В намордниках? Такие редко бывают. — Не, брат. Не то, что чиновники из Минздрава. В основном наши больные по большей части люди адекватные и ответственные.

Все, включая больного, рассмеялись.

***

Водитель уже изнывал от безделья и жары, но, помня наказ доктора, из машины никуда не выходил. Ожидание слегка затянулось. Наконец, плюнув на запрет, водитель решительно запер машину и устремился внутрь приёмного отделения. Он с тоской поглядывал на висящий на стене больнички кондиционер, представляя себе прохладу, созданную этим кондиционером внутри здания, и от этого изнывал ещё больше. Кроме прохлады, в углу небольшого холла обнаружился кофейный автомат и лавочка, что ещё больше усугубило наступившее счастье.

***

— два квадратных размеров санитара в белых халатах на босо тело с интересом разглядывали сидящего на лавочке водилу. — И что это мы здесь делаем?

— Бригаду жду, — водитель снизу вверх поглядел на возникших перед ним медработников.

Так мы уже тут, — один из санитаров пригляделся. — Бригаду-у-у? Может, кто из твоих? — Слушай, — он обернулся к стоящему рядом коллеге, — а этот не из нашего отделения.

Второй санитар тоже стал более внимательным.

Точно нет. — Нет. Мне Ленка медсестра говорила, что у них там кекс один лежит. Это из четвёртого скорее всего. Может, это он и есть? Кофе любит до беспамятства, а ему много нельзя.

Водитель непроизвольно посмотрел на стаканчик с кофе, который держал в руке и вновь поднял глаза на санитаров.

Вон машина стоит. — Да водитель я! Вторая рука так же оказалась за спиной, предварительно освобождённая от пластмассового стаканчика. Я сейчас покажу… — водитель привстал и полез в карман за ключами, но рука была молниеносно перехвачена и заведена за спину.

Сейчас пойдём, спокойно, во всём разберёмся и отведём тебя к коллегам. — Резких движений не надо. Там и таксисты есть, и автобусники.

Навстречу им, вниз по лестнице спускалась бригада Скорой. Определив оторопевшего "пациента" в полусогнутое положение, санитары бодро двинули с ним к лестнице, ведущей на второй этаж.

— у водителя прорезался голос — Скажите им! — Мужики!

Пожилой врач серьёзно посмотрел на водителя. Бригада остановилась.

— Простите?… Сказать… что?

— водителя аж затрясло. — Как что? — Что я ваш водитель?

Санитары остановились, давая возможность психиатру оглядеть свой трофей.

— Не похож. — Не, — глаза врача хитро блеснули из под очков. Уж извини, брат.

— один из санитаров утвердился в правильности своих догадок — Я ж говорю местный: и одет как наши клиенты, и чудик в четвёртом отделении похожий лежит. — Во! Всё сходится. И кофе жрать горазд. И как же за тобой не углядели? Пошли, родной. Так и прирежут кого-нибудь. Вечно у них в четвёртом бардак.

Непременно прирежут, — врач ещё раз посмотрел на обалдевшего водителя и обернулся к ухмыляющимся фельдшерам. — Непременно. У нас нашего водителя из-под носа уводят, а они ржут. — А вы чего ржёте? Я что ли с этими гориллами спорить буду?

***

Ты опять с нами? — О-о-о! — Сейчас за больным поедем. — психиатрическая бригада в полном составе вышла из дверей подстанции.

Водитель, сменивший вытянутую временем майку с надписью "Волейбол" на купленную за собственные деньги синюю футболку с надписью "Скорая помощь", вздрогнул и как-то испуганно заулыбался в ответ.