Цена ошибки. Фельдшер — о том, как избавляются от «неудобных» врачей

— заведующий взял из рук врача карту вызова. — Вспомнили бабушку?

— А что не так?

Только не от старости, как вы родственников предупредили. — Умерла ваша бабушка. А в реанимации. И не дома. На повторном вызове фельдшеры вывезли. От желудочно-кишечного кровотечения. Что делать будем с вами?

Врач молчал, уперев взгляд в стол.

Вы, кажется, на полторы ставки трудитесь? — Я понимаю, — голос заведующего стал мягче, — работа у нас трудная.

Врач кивнул.

— Ладно. — Тяжело, — заведующий вздохнул. Сейчас карту перепишете, а я, если что, у руководства вас как-нибудь прикрою. Помогу. — заведующий поднял палец: — Будет у меня к вам одно дело. Но!

— врач облегчённо вздохнул. — Спасибо! — Всегда готов, если что надо.

— Завтра у нас комиссия. — Надо, — заведующий помолчал. Вы его знаете. Будем разбирать фельдшера. Его к нам на исправление прислали. Новенький. Один раз его уже увольняли, но он умудрился выиграть суд и восстановиться. С другой подстанции. Тогда главный его к нам определил. Так заведующий его бывшей подстанции специально в ноги главного бросился, чтоб не возвращали.

— А за что уволили-то?

Меня сразу предупредили, что работать этот фельдшер в нашей организации не должен. — Не наше с тобой дело.

— А я как к этому отношусь?

Фельдшер больную на днях госпитализировал. — А вам завтра надо на комиссии выступить. Фельдшер вывез с пневмонией. Старая женщина, лежачая больная. Нашли перелом шейки бедра. В больнице решили больную всю обследовать. О нём ни родственники не знали, ни сама больная. Старый перелом. Там деменция глубочайшая. Впрочем, сама больная давно уже ничего не знает. И, как следствие, — непрофильная госпитализация. Короче, пропустил фельдшер перелом, не разглядел.

— Если жалоб нет, перелом старый, как вы говорите… — Так всякий мог, — врач попытался высказать своё мнение.

Или себе? — Вы ему хотите помочь? — Может, и вам пора завязывать с работой на скорой? — заведующий опять поднял палец.

Врач замолчал.

Завтра к десяти жду. — Вот и хорошо.

Остальные сидели молча, не говоря ни слова. Десятиминутная речь врача была исполнена праведного гнева и порицания. Заведующий удовлетворённо поигрывал карандашом, то и дело обводя присутствующих взглядом.

— И это не я вам говорю, уважаемый. — Ну вот, — когда речь закончилась, заведующий взял слово. Меня, конечно, предупреждали, что вы вообще не умеете работать, и просили понаблюдать. Это ваши коллеги о вас так говорят. Вы — бездарь. И, скажу прямо, с первых дней я убедился в правоте главврача. И я вам об этом уже говорил: вы гробите больных. Вам работать на скорой совершенно противопоказано. Но вы же добрых советов не понимаете. Ну уйдите сами, честно. Это очередной выговор. И вот результат. Сколько их у вас?

Чтоб можно было до моих карточек докопаться? — Так если я больных гроблю, то почему вы меня всё время ответственным по бригаде ставите? — Или решили моими руками население района зачистить? — фельдшер ёрничал. Это вы сами такой способ придумали или кто сверху подсказал?

— Вопрос о вашем соответствии будет принимать главный врач. — Идите… — заведующий занервничал.

***

— голос в трубке нарочито меланхолично интересовался происходящим. — Уволили?

Но скоро. — Пока нет.

Как уволят, сразу к нам. — Это хорошо. Тем более с таким опытом, как у тебя. Мне фельдшеры позарез нужны. Приходи.

Тебе твой главный башку оторвёт. — У меня две статьи.

Я уже договорился. — Не оторвёт. Так что жду.

Звонивший повесил трубку.

***

А те? — Есть ведь ещё люди нормальные. Которые… ну… — друган махнул рукой в сторону, как ему казалось, предыдущего места работы фельдшера — работают?

Подлецы нынче в цене. — Заведующий работает. Не интересовался. А врач… про врача не знаю. Давай лучше — фельдшер поднял стопку — за здоровье хороших людей. Оно мне надо? Но они есть! Пусть их мало. А значит, ещё не всё потеряно.